Неизвестная война #1. Ленинградская оборона

Поскольку я неоднократно провозглашал о смерти литературы, потом говорил о ниспровергателях идолов в негативном ключе, подразумевая их неспособность более ни на что, поэтому следовало бы ожидать у меня невроза на почве столкновения мнений, но я осознал, раскаиваюсь, сжигаю литературоведческие книги и осыпаю их пеплом свою голову. Это приводит к аллергии; пользуясь сим обстоятельством, я считаю причиной аллергии именно литературу, поэтому (в рамках годичного моратория на личную жизнь), не переставая любить оную, я прекращаю общение с ней «на минуточку», точнее – с художественной литературой – и переношу внимание на традиционно замалчиваемые (мной же) жанры. Но не ожидайте особых откровений.

Неизвестная война #1. Ленинград

Эта многословная и возмутительно словоблудческая преамбула приводит нас к объекту. Всего одна книга. Историческая. В.Бешанов, «Ленинградская оборона». Военно-историческая, как сами понимаете. Мало кого в наше время вообще интересует то, что происходило в те далекие годы (хотя исправно помним, что есть 9 мая, ну и, некоторым этого вполне достаточно).

Историческая мысль, касающаяся периода Второй Мировой Войны, казалось бы, все гладко и с большим количеством цифр рассказывала, что там было, кто, как, последствия, названия городов, имена, номера воинских частей – ну, чистая фактология, которой трудно отказать в истинности, тем более, что авторы учитывают психологию, подразумевая «Ага! Вот тут побольше цифр, пусть 1) человек подумает, что врать не будут о том, что можно проверить; 2) все равно не проверит, даже захочет». Итогом подобного modus operandi может служить весь военно-исторический блок времен СССР. А по достоверности этот блок почти полностью совпадает с военными мемуарами. Тот, кто знает об объективности мемуаров, думаю, оценит смысл сказанного.

Один из ключевых вопросов, которые задают еще существующие наивные люди (не побывавшие на фронтах Второй Мировой Войны) – это «Как это могучая и непобедимая, которая только и пестрела сводками о победах, была загнана на Кавказ, и как мы смогли потерять 27 млн. человек в войне?». Книга «Ленинградская оборона» дает вполне конкретный ответ на этот вопрос – применительно к ставшей уже мифом блокаде Ленинграда. В связи с этим хочу привести слова ветерана битвы за Ленинград.

«В пехотных дивизиях уже в 1941-42 сложился костяк снабженцев, медиков, контрразведчиков, штабистов и т.п. Людей, образовывавших механизм для приемки пополнения и отправки его в бой, на смерть. Своеобразная мельница смерти. Этот костяк в своей основе сохранялся, привыкал к своим страшным функциям, да и люди подбирались соответствующие, те, кто мог справиться с таким делом. Начальство подбиралось тоже не рассуждающее, либо тупицы, либо подонки, способные на жестокость. «Вперед!» — и всё.

Мой командир пехотного полка в «родной» 311-й дивизии выдвинулся на свою должность из командира банно-прачечного отряда. Он оказался очень способным гнать вперед без рассуждений свой полк. Гробил его множество раз, а в промежутках пил водку и плясал цыганочку. (…) Однажды я случайно подслушал разговор комиссара и командира стрелкового батальона, находившегося в бою. В этом разговоре выражалась суть происходящего: «Еще денька два повоюем, добьем оставшихся, и поедем в тыл на переформировку. Вот и погуляем!». Солдаты всегда были навозом. Особенно в нашей великой державе и особенно при социализме.

Вспоминаю, как генералу Симоняку сказали: «Генерал, нельзя атаковать эту высоту, мы лишь потеряем множество людей и не добьемся успеха». Вечно пьяный Симоняк (ему на Ленинградском фронт доверили гвардейский стрелковый корпус) отвечал: «Подумаешь, люди. Люди – это пыль, вперед!» (…) Людей много. А людей этих хватают в тылу, на полях, на заводах, одевают в шинели, дают винтовку и – «Вперед!». И растерянные, испуганные, деморализованные, они гибнут как мухи…

Удивительно разная психология человека, идущего на штурм, и того, кто наблюдает за атакой со стороны, когда самому не надо умирать. Тогда все кажется просто: вперед и только вперед!»

Это не просто слова человека, понаслышке знающего о войне. Это слова человека, который воевал и видел своими глазами все: идиотизм начальства, бессмысленную гибель товарищей, и знаменитый «Синявинский семислойник» — район в Ленинградской области, в котором в 1941-43 гг. происходили наиболее ожесточенный бои. Почему семислойник? Русских солдат там было положено в 7 слоев – по сезонам. Все они пали на поле боя и НЕ были похоронены. Так до сих пор и лежат там…

Согласно официальным (и, как полагают, заниженным) данным, в битве за Ленинград (июль 1941 – август 1944) потери только русских войск в результате боевых действий составили 2,896,007 человек убитыми, ранеными, пропавшими без вести. Безвозвратными из них считаются 876,612 человек. Добавьте к этому числу потери от болезней, голода (цифры до сих пор неизвестны), потери от действий собственных войск (ошибки, заградотряды _ примерно 10-15% от общего числа безвозвратных потерь), ну и, конечно, гибель жителей Ленинграда во время блокады (по разным оценкам, до 1,5 млн. человек). Неудивительно, что говорят, что Ленинград не только стоит на костях, но и находится в ожерелье кладбищ – от Выборга до Любани.

Теперь, я думаю, никто не будет недоумевать, «как мы могли потерять 27 млн. человек». Вот так – просто.

© 2014 Сабой Онлайн | Неизвестная война #1. Ленинградская оборона.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *