Эксплуатация сексуальности для активизации потребления

Продолжение темы Изборская модель журналистики в России, часть 5.

Максим Шевченко:

Дети и подростки должны быть защищены. Их эрос должен развиваться в другой среде, потому что это влияет на развитие личности. Многие каналы, которые ориентированы на молодежь, копируют… ведь в современном западном обществе эксплуатация сексуальности является одним из способов активизации чувств потребления в человеке. С одной стороны, эта вещь сложная, с другой — она в два шага объясняется, что невозможность до конца реализовать эрос приводит к тому, что человек начинает много покупать. Поэтому в современной рекламе постоянная эксплуатация эротического начала. Это же социо-психологи прописали и продумали. Я считаю, что это разрушает традиционную жизнь наших народов и угрожает свободе наших народов.

То есть не всё, что мы называем свободой является свободой, парадоксальным образом. Некоторые вещи, представьте как в концлагере кидают буханки хлеба и говорят «заключенные, вы свободны брать этот хлеб сколько хотите». И люди бегут, давят друг друга. И это все описано, Шаламов описывал, узники концлагерей. Поэтому мой принцип очень простой: то, что соответствует интересам полиэтнической, сложной, российской политической нации, то нам нужно. Что не соответствует этим интересам, — это нам совершенно не нужно и даже опасно. Я совершенно четко вижу, что западная современная концепция человека, политическая антропология, она отличается от того, как мы видим человека.

Прежде всего, современный западный мир — он безбожный мир. Конечно, можно сказать, что Дарвин прав, а библия не права, но это не доказано. Дарвин — гипотеза и библия гипотеза, начнем с простого постулирования двух вещей. Западный мир считает, что человек — это социальное животное, которое произошло в ходе эволюции от обезьяны, которая эволюционировала и развивалась в ходе развития социальных отношений. Сначала обезьяна взяла палку, затем орудие труда стало орудием войны. Потом у нее появилось два банана, а у другой один банан, поэтому первая стала богаче. Поэтому западный современный человек… но не все, на западе верующие сильно отличаются от всего остального общества, которые принципиально антирелигиозны.

Мы же, народы нашей страны, по преимуществу, да и по всем опросам, и так в реальности, я знаю свою страну, мы совершенно по-другому видим человека. У нас большинство людей полагает, что человек сразу был сотворен со всеми его грехами и со всеми его благими намерениями. И что в процессе истории человек не эволюционирует, а деградирует. И что только божественное начало в человеке, его первопричина, позволяет ему сохранять качества. У нас два разных понимания человека с Западом.

Когда мы копируем западную модель, мы ломаем свое представление, а нам говорят, что «ваше представление отсталое». Может с их точки зрения оно отсталое, но я вижу совершенно ясно и не хочу, что бы российский министр иностранных дел, который представлял нам свою жену, а потом эта жена оказывалась мужчиной, как это происходит в современной Германии. Это не приемлемо для наших народов. Неприемлем закон о праве на брак, который принят во Франции, и который упраздняет понятия «мужчина и женщина», «муж и жена» и дает гомосексуальным парам право усыновлять детей, то есть делать их тоже гомосексуалистами фактически.

Понятно, что гомосексуальность это не врожденная вещь, а наведенная социо-психическая идентификация человека. Поэтому вопрос идет о разных цивилизациях. Их цивилизация опасна, она угрожает нам и об этом говорю не только я, такой русский бородатый человек, православный. Об этом говорит Римский Папа, об этом говорит Архиепископ Кентерберийский, об этом говорят исламские и иудейские проповедники в Европе.

Максим Путинцев:

Кто считает иначе, тот враг? Или это человек, который имеет свою точку зрения?

Максим Шевченко:

Да, тот враг. Они хотят изменить нашу природу. 800 тысяч католиков, которые прошли; католиков, мусульман, православных и иудеев, которые прошли по Франции — это наши друзья. Хотя они европейцы, говорят на другом языке, хотя и живут по европейским ценностям и законам — у нас с ними нет конфликта. Но те политические элиты, которые навязали этот чудовищный античеловеческий закон, — это наши враги. Это мои лично враги. Потому что они хотят изменить природу моей страны.

Так как интервью довольно объемное, оно разбито на несколько смысловых частей. Продолжение можно найти по следующим ссылкам:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *